И равнодушная природа

Красою вечною сиять.

Во Вселенной нет произвола, есть только строго закономерное вечное движение по замкнутому кольцу, свёрнутому в знак ∞ - безконечности или в 8 - восьмёрку. Именно потому, что движение не отклоняется от закона равенства противоположностей, существует вечность. А, зная законы вечности, можно точно предвидеть будущее.

Юный Пушкин считал тяжелым безверие человека, которого надо пожалеть, а не ругать[147]:

О вы, которые с язвительным упрёком,

Считая мрачное безверие пороком,

Бежите в ужасе того, кто с первых лет

Безумно погасил отрадный сердцу свет;

Смирите гордости жестокой исступленье:

Имеет он права на ваше снисхожденье,

На слёзы жалости; внемлите брата стон,

Несчастный не злодей, собою страждет он.

Кто в мире усладит души его мученья?

Увы! он первоголишилсяутешенья!

Взгляните на него — не там, где каждый день

Тщеславие на всех наводит ложну тень,

Но в тишине семьи, под кровлею родною,

В беседе с дружеством иль тёмною мечтою.

Найдите там его, где илистый ручей

Проходит медленно среди нагих полей;

Где сосен вековых таинственные сени,

Шумя, на влажный мох склонили вечны тени.

Взгляните — бродит он с увядшею душой,

Своей ужасною томимый пустотой,

То грусти слёзы льёт, то слёзы сожаленья.

Напрасно ищет он унынью развлеченья;

Напрасно в пышности свободной простоты

Природы перед ним открыты красоты;

Напрасно вкруг себя печальный взор он водит:

Ум ищет божества, а сердце не находит.

С другой стороны, Пушкин не проявлял себя сторонником церковных обрядов, он знал о Боге истину и следовал законам Божьим в своём творчестве. У Пушкина научное понимание Бога, Вселенной, Всевышнего. Он смиренно принимал всё, что предназначила ему Судьба[148]:

Любовь одна — веселье жизни хладной…

Не тот удел судьбою мне назначен:

Под сумрачным навесом облаков,

В глуши долин, в печальной тьме лесов,

Один, один брожу уныл и мрачен.

В вечерний час над озером седым

В тоске, слезах, нередко я стенаю;

Но ропот волн стенаниям моим

И шум дубрав в ответ лишь я внимаю.

Прервётся ли души холодный сон,

Поэзии зажжётся ль упоенье, —

Родится жар, и тихо стынет он:

Безплодное проходит вдохновенье

Пускай она прославится другим,

Один люблю, — он любит и любим!..

Люблю, люблю!.. но к ней уж не коснётся

Страдальца глас; она не улыбнётся

Его стихам небрежным и простым.

В другом стихотворении он подтверждает незыблемость Судьбы, пути жизни каждого человека:[149]

Не властны мы в судьбе своей,

По крайней мере, нет сомненья,

Сей плод небрежный вдохновенья,



Без подписи, в твоих руках

На скромных дружества листках

Уйдёт от общего забвенья...

Но пусть напрасен будет труд,

Твоею дружбой оживленный —

Мои стихи пускай умрут —

Глас сердца, чувства неизменны

Наверно их переживут!

В «Евгении Онегине»[150] Пушкин постоянно ссылается на Судьбу:

I–III. Судьба Евгения хранила…

I–LI. Но скоро были мы судьбою

На долгий срок разведены.

II-VIII. Он верил…

Что есть избрáнные судьбами,

Людей священные друзья;

Что их безсмертная семья

Неотразимыми лучами,

Когда-нибудь, нас озарит

И мир блаженством одарит.

II-XL. И чьё-нибудь он сердце тронет;

И, сохранённая судьбой,

Быть может, в Лете не потонет

Строфа, слагаемая мной…

IV-XV. (Судьбу, однако ж, проклиная),

Всегда нахмурен, молчалив,

Сердит и холодно-ревнив!

Таков я. И того ль искали

Вы чистой, пламенной душой,

Когда с такою простотой,

С таким умом ко мне писали?


0439749563911669.html
0439820654314345.html
    PR.RU™